Сценарий литературного вечера по произведениям Н.В. Гоголя(5-7 классы)


«Рождественская ночь»
Сценарий новогоднего литературного вечера для учащихся 5х,6х и 7х классов по произведениям Н.В.Гоголя составила учитель высшей категории МАОУ «СОШ №50 с углубленным изучением английского языка» М.А. Кочергина.

Оборудование: сцена представляет собой уголок украинского быта с декоративным плетнем, подсолнухами, тыквами, расшитыми рушниками и др. На стене укреплены названия мест, где происходит сценическое действие: «Сорочинская ярмарка», «Миргород», «Диканька», «Санкт-Петербург». Зал оборудован переносной выставкой работ учащихся, посвященных творчеству Н.В.Гоголя: иллюстрациями к его произведениям, материалами жизни писателя (Н.В.Гоголь. Выставка в школе ).
ХОД ВЕЧЕРА
Вступительное слово ведущих Матвея и Даши. Ведущие поздравляют всех присутствующих с наступающим Новым годом. Разговор со зрителями о Рождестве, подарках и гаданиях.
Эпизод-выступление 5а класса: сценка на английском языке о гадании на Рождество и песня в исполнении сводного хора 5х,6х и7х классов.
Эпизод-выступление 5б класса: песня на английском языке «Рождественские подарки».

Ведущие вечера говорят о подарках, о жадности, о том, сколько мандаринов за один присест способен съесть каждый из них (тема следующего конкурса « Жадина »). Конкурс с воздушными шариками проводят Алина и Ярослав сбоку от сцены, где уже готовится 7б класс представить сценку «Сорочинская ярмарка». Победители и участники награждаются сладкими призами (конфетами).
Эпизод-выступление 7б класса «Сорочинская ярмарка»
Действующие лица:
ЧЕРЕВИК
ХИВРЯ
ГРИЦЬКО
ПАРАСЯ
ХВЕНЬКО
ТОРГОВЦЫ
АФАНАСИЙ ИВАНОВИЧ
ПАРУБКИ

АВТОР: Бывали ли вы на украинской ярмарке? А в Сорочинцах? Хотели бы вы посмотреть, чем замечательна Сорочинская ярмарка? Смотрите.
Сцена 1: Разговор торговцев. (Звуки ярмарки, разноголосие и гомон).
ПЕРВЫЙ ТОРГОВЕЦ: Так ты думаешь, земляк, хорошо пойдёт наша пшеница?
ВТОРОЙ ТОРГРВЕЦ: Хорошо, если продадим хоть одну мерку… Не жди добра, если тут замешалась чертовщина.
ПЕРВЫЙ ТОРГОВЕЦ: Какая такая чертовщина? Неужели опять красная свитка?
ЦЫБУЛЯ: Кто говорит о красной свитке? Меня вот послушайте, я всё знаю. Вот сейчас хлебну (достаёт фляжку) и расскажу. Хлебну… тогда доскажу (пьёт).
Встают и уходят со сцены.
Сцена 2: Телега Черевика застряла за сценой. Слышны голоса, они приближаются.
ЧЕРЕВИК (за сценой): Цоб-цобе…Цоб-цобе. Да куда ж ты, треклятая скотина!
ХИВРЯ (за сценой пронзительно): А чтоб тебе твои очи повылазили! А чтоб тебя на том свете толкали черти! Куда ж ты правишь? Въехал в самую грязюку!
ЧЕРЕВИК: Ну! Вот чертяка! Увяз!
ХИВРЯ: Где ж ты, дышло тебе под дыхало, недотёпа!?
ЧЕРЕВИК (смущенно): Жинка моя…Не язык, а помело…А голос - уши прочищает…
ХИВРЯ: Куда ж ты пропал? Была бы в твоей башке хоть капля мозгу…
Парубки и Грицько видят картину.
ГРИЦЬКО (обращаясь к другим): Поможем ему?
ПАРУБКИ: Поможем! Поддай…Поддай…А ну слева! А ну справа! Разом!
Парубки выталкивают телегу, и Грицько видит Парасю, дочь Черевика.
ГРИЦЬКО ( с восторгом смотрит на Парасю): Ай да дивчина! Какая славная дивчина! (Пылко).Я бы отдал всё своё хозяйство, чтобы поцеловать её.(Показывая на Хиврю.) А вот впереди и дьявол сидит!
Все смеются.
ХИВРЯ (негодующе): Что-о!? А чтоб ты подавился, негодный бурлак! Чтоб твоего отца горшком в голову стукнуло! Чтоб он поскользнулся на льду, антихрист проклятый! Чтоб ему на том свете чёрт бороду обжёг!
ГРИЦЬКО (забавляясь): Вишь как ругается…И язык у неё , у столетней ведьмы, не заболит выговорить эти слова.
ХИВРЯ (взорвалась): Столетней!.. Нечестивец! Поди умойся наперёд! Сорванец негодный! Я не видала твоей матери, но знаю, что дрянь! И отец дрянь! И тётка! Столетней! Дрянь! Молоко ещё на губах …
ГРИЦЬКО (бросает в неё комок грязи): НА!
ХИВРЯ (схватилась руками за лицо, и, когда отняла их, мы увидели, что физиономия её изрядно измазана) Ай!.. Чтоб тебе!.. (вскакивает на возу)
Под общий смех телега уезжает, а Парася и Грицько остаются
АВТОР: Как быстро настигает человека любовь! Настоящая любовь! Смотрите.
Сцена 3.Любовное объяснение. Парася, Грицько, затем Черевик.
ГРИЦЬКО: Парася…Парася..Чудная…Ненаглядная Парася…
ПАРАСЯ: Ай!
ГРИЦЬКО: Не бойся, серденько, не бойся… Я ничего не скажу тебе худого!
ПАРАСЯ: Может, это и правда, что ты ничего не скажешь худого… только чудно…чудно мне…
ГРИ ЦКО: Пусть чудно… Но полюбил я тебя, Парасю…Ясноокая ты красавица моя….
ПАРАСЯ: Чудно…Верно это лукавый…
ГРИЦЬКО: Нет, Парася, это я, рыбка моя…Сердце моё… Дай обниму тебя.
Парася(не в силах сопротивляться): Верно это лукавый…
ГРИЦЬКО (ему сейчас не хочется спорить с Парасей). Может, и лукавый…(обнимает Парасю)
ЧЕРЕВИК (оглянулся и увидел обнимающихся Парасю и Грицько). Эге-ге-ге! (Подошёл ближе и дёргает за полукафтан Грицько, но тот не в силах разомкнуть объятья) Эге-ге-ге!
Молодые люди даже не слышат Черевика.
Эге-ге-ге, земляк, да ты мастер, я вижу, обниматься!
ГРИЦЬКО: Ты, верно, добрый человек, не знаешь меня, а я тебя тотчас узнал. Тебя зовут Солопий Черевик. Жаль, чтот ты не припомнишь Голопупенкова сына!
ЧЕРЕВИК: А ты, будто, Охримов сын?
ГРИЦЬКО: А кто ж ещё?
Они кидаются друг к другу, обнимаются и лобызаются.
ГРИЦЬКО: Ну, Солопий, я и дочка твоя полюбили друг друга так, что хоть бы и навеки жить вместе.
ЧЕРЕВИК: Что ж, Параска…Может и на самом деле…вместе и того…Чтобы и паслись на одной траве! Пойдем выпьем, по рукам!
Сцена 4.Черевик объявляет Хивре о сватовстве.
Хивря дома, стоит, широко расставив ноги и уткнув руки в бока – воплощение свирепости и ярости. Черевик нетвердой походкой подходит к жене.
ЧЕРЕВИК: Ну, жинка! А я нашёл жениха дочке!
ХИВРЯ (пока сдержанно и притворно-ласково) Вот как раз до того теперь, чтобы женихов отыскивать. Дурень.(дальнейшее напоминает сорвавшуюся с горв лавину.) Дурень! Тебе, верно, и на роду написано остаться таким! Где ж ты видел, чтобы добрый человек бегал теперь за женихами? Ты бы подумал лучше, как пшеницу с рук сбыть. Хорош должен быть и жених там! Думаю, оборванец и голодранец.
ЧЕРЕВИК: Э, как бы не так, посмотрела бы ты, что там за парубок! Одна свитка больше стоит, чем твоя зелёная кофта и красные сапоги! Чёрт меня возьми, если я видел на своём веку, чтобы парубок духом вытянул полкварты, не поморщившись.
ХИВРЯ: Ну так: ему, если пьяница и бродяга, так и его масти. Бьюсь об заклад, если это не тот самый сорванец, который увязался за нами на мосту.
ЧЕРЕВИК: Хоть бы и тот самый, чем же он сорванец?
ХИВРЯ: Э! Чем же он сорванец! Ах ты, безмозглая башка! Куда же ты запрятал дурацкие глаза свои? Нанесли его жинке бесчестье, а ему и нуждочки нет!
ЧЕРЕВИК: Я не вижу в нем ничего худого, парень хоть куда! Только разве что заклеил на миг образину твою навозом.
2029460694055ХИВРЯ: Эге! Да ты, как вижу, слово не дашь мне выговорить! Верно уж успел хлебнуть, не продавши ничего!.. Тьфу!(Уходит)
ЧЕРЕВИК (сидит ,скорчившись и закрыв глаза, потом постепенно распрямляется, смелеет) Тьфу,тьфу,тьфу…(передразнивает). Вот тебе и свадьба! (задумался, чешет затылок). Придётся отказать доброму человеку ни за что ни про что. Придётся отказать. (Уходит)
Сцена 5. Продажа кобылы. Грицько и Хвенько.
ХВЕНЬКО (хлопает по плечу Грицько): О чём загорюнился, Грицько?
ГРИЦЬКО (глубоко задумавшись): Мало ли о чём.
ХВЕНЬКО: Отдавай волы за двадцать.
ГРИЦЬКО: Тебе бы только волы да волы. Всё бы корысть только.
ХВЕНОКО: Да тебя не на шутку забрало. Уж не с досады ли, что сам навязал себе невесту?
ГРИЦЬКО: Это у хрыча Черевика нет совести: дал слово да и назад…
ХВЕНЬКО: А спустишь волов за двадцать, если мы заставим Черевика отдать нам Параску?
ГРИЦЬКО (с мольбой и надеждой): Не за двадцать, а за пятнадцать! (протягивает купюру)
ХВЕНЬКО: За пятнадцать? Ладно! Смотри же, не забывай: за пятнадцать. Вот тебе синица в задаток!
ГРИЦКО: По рукам!
ХВЕНЬКО: Давай!
Хлопают друг друга по рукам и расходятся.
АВТОР: Вот что делает с человеком любовь. Настоящая любовь. Но ведь бывают и проказы. И как вы думаете, кто проказничает? Попович Афанасий Иванович и наша старая знакомая, Хивря. Смотрите.
Сцена 6.Проказы Хиври и Афанасия Ивановича, приход Черевика и Цыбули.
Хата Черевика, входят Хивря и Афанасий Иванович, сильно пьяный.
ХИВРЯ: Сюда, Афанасий Иванович! (когда гость запинается и падает, подхватывает его и помогает сесть). Вот беда! Не ушиблись ли вы, не сломили ли , оборони боже, шеи?
АФАНАСИЙ ИВАНОВИЧ: Тсс! Ничего, ничего, любезнейшая Хавронья Никифоровна!
ХИВРЯ: Я слышала, что перепало вам теперь немало всякой всячины!
АФАНАСИЙ ИВАНОВИЧ: Сущая безделица, Хавронья Никифоровна: мешков пятнадцать ярового, проса мешка четыре, книшей с сотню, а кур так без счёту…(умильно смотрит на хозяйку и обнимает за бёдра недвусмысленно). Но воистину сладостные приношения желаю от вас получить, Хавронья Никифоровна…
ХИВРЯ (жеманно):Вот вам и приношения…(ставит на стол миски).Варенички, галушечки пшеничные, пампушечки.
АФАНАСИЙ ИВАНОВИЧ: Бьюсь об заклад, если это сделано не хитрейшими руками вашими (говорит с набитым ртом). Однако ж, Хавронья Никифоровна, сердце моё жаждет от вас кушанья послаще всех пампушечек и галушечек..
ХИВРЯ (ещё жеманней): Вот я уж и не знаю, какого кушанья вам ещё хочется, Афанасий Иванович.
АФАНАСИЙ ИВАНОВИЧ (держа в одной руке вареник, а в другой обнимая широкий стан Хиври): Разумеется, любви вашей, несравненная Хавронья Никифоровна.
ХИВРЯ (стыдливо потупя глаза): Бог знает, что вы выдумываете, Афанасий Иванович! Чего доброго, вы , пожалуй затеете целоваться!
АФАНАСИЙ ИВАНОВИЧ: В бытность мою ещё в бурсе…(не успевает договорить, раздаётся стук в дверь, хозяйка и гость пугаются и мечутся по хате)
ХИВРЯ: Прячьтесь скорее (и накрывает его тряпьём в углу).
В хате появляются подвыпившие Черевик и Цыбуля. Хивря сидит как на иголках, потом смелеет.
ЦЫБУЛЯ (к Хивре): Что, кума, тебя всё ещё трясёт лихорадка?
ХИВРЯ: Да, нездоровится.
ЦЫБУЛЯ ( вынимает из шаровар огромную баклажку). Вот, лечись.
ХИВРЯ: Да как ты смеешь мне горилку предлагать, как смеешь мужа моего спаивать! Геть отсюда оба! Чтобы глаза мои вас, пьячуг проклятых, не видели! (выгоняет из хаты, свет гаснет).
Сцена 7. Монолог Параси. Явление Грицько и Черевика.
Автор: А Параска наша ничего ведь ещё не знает. Послушайте, о чем она думает.
Хата. Парася одна.
ПАРАСКА: Ну что, если не сбудется то, что говорил он? Ну что, если меня не выдадут? Если… Нет, нет, этого не будет! Мачеха делает всё, что ей не вздумается, разве и я не могу делать всё, что мне вздумается? Упрямства-то и у менмя достанет. Какой же он хороший, как чудно горят его чёрные очи! Как любо он говорит: «Парасю! Парасю». Как пристала к нему его белая свитка! Ещё бы пояс поярче! Я ему вытку, как перейдём жить в новую хату! (смотрится в зеркальце). Как я встречусь где-нибудь с мачехою, ни за что не поклонюсь, хоть она себе тресни. Скорее песок взойдёт на камне и дуб погнётся в воду, нежели я нагнусь перед тобою! (ПОЁТ и танцует, не видя, что в хате появились Цыбуля и Черевик).
ЦЫБУЛЯ: Вот хорошо, батька с дочкой затеяли здесь сами свадьбу! Ступайте же скорее, жених пришёл!
ЧЕРЕВИК: Ну, дочка! Пойдём скорее! Хивря с радости, что я продал кобылу, побежала закупать себе плахт и дерюг всяких, так нужно до её приходу всё кончить.

Входит ГРИЦКО, берёт за руки Параску, Черевик соединяет их руки и благословляет их. Звучит музыка, на сцену выходят все артисты.
Боже благослови! Пусть их живут, как венки вьют! Совет да любовь!
АВТОР: Пожалуйста, если и вы хотите танцевать…Пожалуйста, сюда к нам. А если стесняетесь, то, когда домой придёте, потанцуйте себе в нашу честь! В честь Параски и Грицька! В честь Цыбули и Хвенька! В честь Черевика, Хиври и Афанасия Ивановича! И в честь всей нашей Сорочинской ярмарки!
Мелодия гопака длится до тех пор, пока со сцены не выходит последний артист.
Ведущие Матвей и Даша говорят о превратностях любви Грицко и Параси, героях показанной истории. Конкурс со зрителями «Танец на газете» проводит Аня и Дамир, следует награждение сладкими призами победителей и участников.
Эпизод- выступление 6б класса: Превратности любви в «Ночи перед Рождеством». Вакула и Оксана.
Занавес закрывается. На сцену выходят 4 девушки:
ДЕВУШКА 1: А какие у нас в Диканьке танцы, а девчата!
ДЕВУШКА 2: Вот у нашего головы, пана Чуба, дочка-красавица, Оксаной зовут. А в неё влюбился кузнец Вакула.
ДЕВУШКА 3: Оксане не минуло ещё и семнадцати лет, как во всём почти свете, и по ту сторону Диканьки, и по эту сторону Диканьки, только и речей было, что про неё.
ДЕВУШКА 4: Парубки гуртом провозгласили, что лучшей девки и не было ещё никогда и не будет никогда на селе. Оксана знала и слышала всё, что про неё говорили, и была капризна как красавица. А вот и она.
Девушки уходят. Занавес открывается. Комната Оксаны. Оксана смотрит в маленькое зеркальце. Сбоку сцены – Вакула.
ОКСАНА: Что людям вздумалось расславлять, что я хороша? Лгут люди, я совсем не хороша. Разве чёрные брови и очи мои так хороши, что уже и равных им нет на свете? Что тут хорошего в этом вздёрнутом кверху носе? И в щеках? И в губах? Будто хороши мои чёрные косы? Ух! Их можно испугаться вечером: они, как длинные змеи, перевились и обвились вокруг моей головы. Я вижу теперь, что я совсем не хороша! Нет, хороша я! Ах, как хороша! Чудо! Какую радость принесу я тому, кого буду женою! Как будет любоваться мною мой муж! Он не вспомнит себя. Он зацелует меня насмерть.
ВАКУЛА (тихо): Чудная девка! И хвастовства у неё мало! С час стоит, глядясь в зеркало, и не наглядится, и ещё хвалит себя вслух!

ОКСАНА: Да, парубки, вам ли чета я? Вы поглядите на меня, как я плавно выступаю. У меня сорочка шита красным шёлком, а какие ленты на голове! Вам век не увидать богаче галуна! Всё это накупил мне отец мой для того, чтобы на мне женился самый лучший молодец на свете! (Поворачивается в сторону и видит Вакулу, вскрикивает). Зачем ты пришёл сюда? Разве хочется, чтобы выгнала тебя за дверь лопатою? Вы все мастера подъезжать к нам. Вмиг пронюхаете, когда отцов нет дома. О, я знаю вас! Что, сундук мой готов?
ВАКУЛА: Будет готов, моё серденько, после праздника будет готов. Если бы ты знала, сколько возился около него: две ночи не выходил из кузни, зато ни у одной поповны не будет такого сундука. Железо на оковку положил такое, какого и в Полтаве не найдёшь. А как будет расписан! Хоть весь околоток выходи своими беленькими ножками, не найдёшь такого! По всему полю будут раскиданы красные и синие цветы. Гореть будет как жар. Не сердись же на меня, позволь хоть поговорить, хоть поглядеть на тебя!
ОКСАНА: Кто тебе запрещает, говори и гляди!
ВАКУЛА: Позволь мне сесть возле тебя!
ОКСАНА: Садись.
ВАКУЛА: Чудная, ненаглядная Оксана, позволь поцеловать тебя.
ОКСАНА: Что тебе ещё хочется? Ему когда мёд, так и ложка нужна! Поди прочь, у тебя руки жёстче железа. Да и сам ты пахнешь дымом. Я думаю, меня всю обмарал сажею. ( Смотрит в зеркальце).
ВАКУЛА (в сторону): Не любит она меня. Ей все игрушки, а я стою перед нею как дурак и очей не свожу с неё. И всё бы стоял перед нею и не сводил бы очей своих! Чудная девка! Чего бы я не дал, чтобы узнать, что у неё на сердце, кого она любит! Но нет, ей и нужды нет ни до кого. Она любуется сама собою, мучит меня, бедного, а я за грустью не вижу света. Я её так люблю, как ни один человек на свете не любил и не будет никогда любить.
ОКСАНА: Правда ли, что твоя мать ведьма?
ВАКУЛА: Что мне до матери? Ты у меня мать и отец, и всё, что ни есть дорогого на свете.
ОКСАНА: Видишь, какой ты! Только отец мой сам не промах. Увидишь, когда он не женится на твоей матери. Однако ж девчата не приходят. Что б это значило? Давно уже пора колядовать. Мне становиться скучно.
ВАКУЛА: Бог с ними, моя красавица!
ОКСАНА: Как бы не так! С ними, верно, придут парубки. Тут-то пойдут балы. Воображаю, каких наговорят смешных историй!
ВАКУЛА: Так тебе весело с ними?
ОКСАНА: да уж веселее, чем с тобою.
( За сценой стук)
Кто-то стукнул! Верно, девчата с парубками.
( Звучит аудиозапись украинской народной песни «Солнце низенько, вечер близенько». На сцену выбегают девчата.) Э. Одарка! У тебя новые черевички! Ах, какие хорошие! Хорошо тебе, Одарка, у тебя есть такой человек, который всё тебе покупает, а мне некому достать такие славные черевички.
ВАКУЛА: Не тужи, моя ненаглядная Оксана! Я тебе достану такие черевички, какие редкая панночка носит.
ОКСАНА: Ты? Посмотрю, где ты достанешь черевички, которые могла бы я надеть на свою ногу. Разве принесёшь те самые, которые носит царица. Да, будьте все свидетельницы: если кузнец Вакула принесёт те самые черевики, которые носит царица, то вот моё слово, что выйду за него замуж. (Смеётся).
( Оксана и девчата со смехом убегают)
ВАКУЛА: Смейся, смейся! Я сам смеюсь над собою! Думаю и не могу вздумать, куда девался ум мой. Она меня не любит – ну и бог с ней! Будто только на всём белом свете одна Оксана? С неё никогда не будет доброй хозяйки, она только мастерица рядиться.
( Уходит).
Ведущие Матвей и Даша говорят о непонимании между влюблёнными. Матвей что-то изображает – Даша не понимает, просит помочь зрителей угадать, кто это. Ребята помогают, и начинается игра «Крокодил». Матвей звонит по телефону и ссорится с кем-то. Даша спрашивает: «Что случилось? Поссорился с кем-то?» Посмотрим, как это делают гоголевские Иван Иванович и Иван Никифорович.
Эпизод-выступление 7а класса «Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем».
Действующие лица
Рассказчик
Иван Иванович
Иван Никифорович
Тощая баба, Гапка
РАССКАЗЧИК: Долгом почитаю предуведомить, что происшествие, о котором пойдёт речь, относится к очень давнему времени. Притом оно совершенная выдумка. Теперь Миргород совсем не то. Строения другие; лужа среди города давно уже высохла, и все сановники люди почтенные и благонамеренные.
Под аккомпанемент гусиного гоготания выходят Иван Иванович и Иван Никифорович и занимают места на своих лавках. Иван Никифорович укладывается на лавке, Иван Иванович ест дыню. Рассказчик подходит к Ивану Ивановичу.

Славная бекеша у Ивана Ивановича! Отличнейшая! А какие смушки! Фу ты пропасть, какие смушки! Сизые с морозом! Я ставлю бог знает что, если у кого- либо найдутся такие! Описать нельзя! Бархат! Серебро! Огонь! Отчего же у мен я нет такой бекеши! Он сшил её тогда ещё, когда Агафья Федосеевна ещё не ездила в Киев. Вы знаете Агафью Тимофеевну? Та самая, что откусила ухо у заседателя.
Прекрасный человек Иван Иванович! Он очень любит дыни. Это его любимое кушанье. А какой богомольный человек Иван Иванович! Каждый воскресный день надевает он бекешу и идёт в церковь. Взошедши в неё, он, раскланявшись на все стороны, обыкновенно помещается на крылосе и очень хорошо подтягивает басом. Когда же кончится служба, Иван Иванович никак не утерпит, чтоб не обойти всех нищих.
Его побуждает к этому природная доброта. Обыкновенно отыскивал самую искалеченную бабу.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Здорово, небого. Откуда ты, бедная?
ТОЩАЯ БАБА: Я, панночку, из хутора пришла: третий день, как не пила, не ела, выгнали меня собственные дети.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Бедна головушка, чего ж ты пришла сюда?
ТОЩАЯ БАБА: А я, панночку, милостыни просить, не даст ли кто-нибудь хоть на хлеб.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Гм! А разве тебе хочется хлеба?
ТОЩАЯ БАБА: Как не хотеть. Голодна, как собака.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Гм! Тебе, может, и мяса хочется?
ТОЩАЯ БАБА: Да всё, что ваша милость не даст, всем буду довольна.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Разве мясо лучше хлеба?
ТОЩАЯ БАБА: Где уж голодному разбирать. Всё, что пожалуете, всё хорошо.(протягивает руку).
ИВАН ИВАНОВИЧ: Ну, ступай же с богом, чего ж ты стоишь? Ведь я тебя не бью (возвращается на своё место).
РАССКАЗЧИК: И, обратившись с такими расспросами к другому, к третьему, наконец, возвращается домой или заходит выпить рюмку водки к соседу Ивану Ивановичу. Очень хороший также человек Иван Никифорович. Его двор возле двора Ивана Ивановича. Они такие между собой приятели, каких свет не производил. (Проводит мелом черту посредине сцены, разделяющую владения героев). Несмотря на большую приязнь, эти редкие друзья не совсем были сходны между собою. Иван Иванович несколько боязливого характера. У Ивана Никифоровича, напротив того, шаровары в таких широких складках, что, если бы раздуть их, то в них можно бы поместить весь двор с амбарами и строениями. Иван Иванович угощает своего соседа лучшим табаком.
Сцена 2.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Господи боже мой, какой я хозяин! Чего у меня нет? Птицы, строения, амбары, всякая прихоть, водка перегонная, настоянная, в саду груши, сливы; в огороде мак, капуста, горох…Чего же ещё нет у меня? Хотел бы я знать, чего нет у меня?
Гапка протягивает верёвку между столбами, на которых укреплены портреты, развешивает одежду Ивана Никифоровича
ИВАН ИВАНОВИЧ: Вот глупая баба! Она ещё вытащит и самого Ивана Ивановича проветривать.
Гапка уходит и возвращается с шароварами и ружьём. Всё это тоже развешивает на верёвке.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Что же это значит? Я не видел никогда ружья у Ивана Никифоровича. Что же он? Стрелять не стреляет, а ружьё держит! На что ж оно ему? А вещица славная! Я давно себе хотел достать. Мне очень хочется иметь это ружьецо; я люблю позабавиться ружьецом. Эй! Баба, баба!
Гапка подходит.
Что это у тебя, бабуся такое?
ГАПКА: Видите сами, ружьё.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Какое ружьё?
ГАПКА: Кто его знает, какое! Если б оно было моё, то я, может быть, и знала бы, из чего оно сделано. Но оно панское.
Иван Иванович рассматривает ружьё.
Оно, должно быть, железное.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Гм! Железное. Отчего ж оно железное? А давно ли оно у пана?
ГАПКА: Может и давно.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Хорошая вещица! Я выпрошу его. Что ему делать с ним! Или променяюсь на что-нибудь. Что, бабуся, дома пан?
ГАПКА: Дома.
Иван Никифорович выходит и садиться на свою лавку.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Ну хорошо, я приду к нему. (Пересекает сцену и оказывается на территории Ивана Никифоровича.) Помоги бог!
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: А, здравствуйте, Иван Иванович! Извините, что я перед вами в натуре.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Ничего. Почивали ли вы сегодня, Иван Никифорович?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Почивал. Гарпина, принеси Ивану Ивановичу водки да пирогов со сметаною.
Гарпина уходит.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Что это вы, Иван Никифорович, платье вывешиваете?

ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Да прекрасное, почти новое платье загноила проклятая баба. Теперь вот проветриваю, сукно тонкое, превосходное, только вывороти – и можно снова носить.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Мне там понравилась одна вещица, Иван Никифорович.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Какая?
ИВАН ИВАНОВИЧ: Скажите, пожалуйста, на что вам это ружьё, что выставлено проветривать вместе с платьем?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Вот глупая баба, так она и ружьё туда повесила!
ИВАН ИВАНОВИЧ: А что вы будете с ним делать? Ведь оно вам не нужно.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Как не нужно! А случиться стрелять?
ИВАН ИВАНОВИЧ: Господь с вами, Иван Никифорович, когда же вы будете стрелять? Вы, сколько я знаю, ни одной качки ещё не убили, да и ваша натура не так богом устроена, что б стрелять. Нет, вам нужно иметь покой, отдохновение. Послушайте, отдайте его мне!
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Как можно, это ружьё дорогое. Таких ружьев ещё не сыщете нигде. Как это отдать, как можно? Это вещь необходимая.
ИВАН ИВАНОВИЧ: На что ж она необходимая?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Как на что? А когда нападут на дом разбойники… Ещё бы не необходимая. Слава тебе господи! Теперь я спокоен и не боюсь никого. А отчего? Оттого, что я знаю, что у меня стоит в каморе ружьё.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Хорошее ружьё! Да у него, Иван Никифорович, замок испорчен.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Что ж, что испорчен? Можно починить. Нужно только смазать конопляным маслом, чтоб не ржавел.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Из ваших слов, Иван Никифорович, я никак не вижу дружественного ко мне расположения. Вы ничего не хотите сделать для меня в знак приязни.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Как же это вы говорите, Иван Иванович, что я не оказываю вам никакой приязни? Как вам не совестно! Ваши волы пасутся на моей степи, и я ни разу не занимал их. Ребятишки ваши перелезают через плетень и играют с моими собаками – я ничего не говорю.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Когда не хотите подарить, так, пожалуй, поменяемся.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Что ж вы дадите мне за него?
ИВАН ИВАНОВИЧ: Я вам дам за него бурую свинью, ту самую, что я откормил на продажу. Славная свинья! Увидите, если на следующий год она не наведёт вам поросят.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Я не знаю, как вы можете, Иван Иванович, это говорить. На что мне свинья ваша? Как же это вы, в самом деле, Иван Иванович, даёте за ружьё чёрт знает что такое: свинью!
ИВАН ИВАНОВИЧ: Отчего же она чёрт знает что такое, Иван Никифорович?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Как же, вы бы сами посудили хорошенько. Это-таки ружьё – вещь известная, а то чёрт знает что такое: свинья. Если бы не вы говорили, я бы мог принять в обидную для себя сторону.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Что ж нехорошего заметили ли вы в свинье?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: За кого же в самом деле вы принимаете меня? Чтоб я свинью…
ИВАН ИВАНОВИЧ: Не буду уже!.. Пусть вам останется ваше ружьё!.. Так не хотите, Иван Никифорович, менять ружьеца?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Мне странно, Иван Иванович, вы, кажется, человек известный учёностью, а говорите как недоросль.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Слушайте, Иван Никифорович. Я вам дам, кроме свиньи, ещё два мешка овса, ведь вы овса не сеяли. Этот год всё равно вам нужно будет покупать овёс.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Ей-богу, Иван Иванович, с вами говорить нужно, гороху наевшись. Где видано, чтобы кто ружьё променял на два мешка овса? Небось бекеши своей не поставите.
ИВАН ИВАНОВИЧН: Но вы позабыли, Иван Никифорович, что я и свинью ещё даю вам.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Как! Два мешка овса и свинью за ружьё?
ИВАН ИВАНОВИЧ: Да что ж, разве мало?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: За ружьё?
ИВАН ИВАНОВИЧ: Конечно, за ружьё.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Два мешка за ружьё?
ИВАН ИВАНОВИЧ: Два мешка не пустых, а с овсом; а свинью забыли?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Поцелуйтесь со своею свиньёю, а коли не хотите, так и с чёртом!
ИВАН ИВАНОВИЧ: Вы, Иван Никифорович, разносились так со своим ружьём, как дурень с писаною торбою.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: А вы, Иван Никифорович, настоящий гусак.
ИВАН ИВАНОВИЧ: Что вы такое сказали, Иван Никифорович?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Я сказал, что вы похожи на гусака, Иван Иванович!
ИВАН ИВАНОВИЧ: Как же вы смели, сударь, позабыв и приличие и уважение к чину, обесчестить таким поносным именем?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Что ж тут поносного? Да чего вы в самом деле так размахались руками, Иван Иванович?
ИВАН ИВАНОВИЧ: Я повторяю, как вы осмелились назвать меня гусаком?
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Начхать я вам на голову, Иван Иванович! Что вы так раскудахтались?
ИВАН ИВАНОВИЧ: Так я ж вам объявляю, что я вас знать не хочу.
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Большая беда! Ей-богу не заплачу от этого!
ИВАН ИВАНОВИЧ: Нога моя не будет у вас в доме!
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: ЭГЕ-ГЕЙ! Эй, баба, хлопче! Возьмите Ивана Ивановича за руки да выведите его за двери!
ИВАН ИВАНОВИЧ: Как! Дворянина? Осмельтесь только! Подступите! Я вас уничтожу с вашим глупым паном!
ИВАН НИКИФОРОВИЧ: Ступайте, Иван Иванович, ступайте! Да глядите, не попадайтесь мне: а не то я вам, Иван Иванович, всю морду побью!
ИВАН ИВАНОВИЧ: Вот вам за это, Иван Никифорович! ( Показывает кукиш и уходит).
РАССКАЗЧИК: Вы думаете, что на этом и закончилась история дружбы и вражды двух миргородских обывателей? Как не так, она продолжалась долгие двадцать лет, но это уже другая история…

Ведущие Матвей и Даша говорят о новогодних чудесах, костюмах ребят. Проводится конкурс со зрителями на лучший костюм. Ребята в костюмах выстраиваются на сцене, под аплодисменты проходят круг почёта и награждаются призами. Матвей и Даша говорят о новогодних поездках и путешествиях, приглашают на сцену следующих артистов со сценкой «Ночь перед Рождеством».
Эпизод-выступление 6а класса «Путешествие Вакулы на чёрте в Санкт-Петербург за черевичками».
Действующие лица:
СолохаЧёрт
ВакулаЗапорожцы
Екатерина

Автор: Последний день перед Рождеством прошёл. Зимняя, ясная ночь наступила. Глянули звёзды, и месяц величаво поднялся на небо посветить добрым людям и всему миру…(Звучит украинская песня, на сцене появляются Чёрт и ведьма Солоха сначала друг друга не видят, потом сталкиваются спинами).
Сцена 1. Чёрт и Солоха.
СОЛОХА: Ах!
ЧЁРТ: Ах!
СОЛОХА: Так это ты, ненаглядный мой, шалишь?
ЧЁРТ: Отчего же шалю? Я, любезная Солоха, не шалю, а полезным делом занимаюсь, роду человеческому вред несу. Месяц то я украл, а козак Чуб ленив и вряд ли теперь слезет с печи и пойдёт к дьяку на кутью. И дочка его, красавица, одна дома не останется, и не пойдёт к ней кузнец Вакула, чтоб ему пусто было! (грозит кулаком).
СОЛОХА: За что же ты сына моего так не жалуешь?
ЧЁРТ: Как за что? А кто, любезная Солоха, на стене церковной картину «Изгнание чёрта из ада в день Страшного суда» намалевал, а?
(Ведьма вздыхает)
Ну, впрочем, ненаглядная Солоха, поговорим о более приятных вещах. (Шепчет что-то на ухо Ведьме). (Чёрт и Ведьма смеются, затем он берёт её за руку и оба уходят)
Сцена 2. Вакула и Чёрт.
Сцена 3. Вакула в Петербурге у запорожцев.
(Звучит украинская песня : «Засвистали козаченьки». Входят трое запорожцев.)ВАКУЛА: Здравствуйте, панове! Помогай вам бог! Вот где увиделись!
ЗАПОРОЖЕЦ 1: Что за человек?
ВАКУЛА: А вы не познали? Это я, Вакула, кузнец! Когда проезжали осенью через Диканьку, то погостили, дай боже вам всякого здоровья и долголетия, без малого два дни. Я новую шину поставил тогда на колесо вашей кибитки!
ЗАПОРОЖЕЦ 2: А! Это тот самый кузнец, который малюет важно. Здорово, земляк! Зачем тебя бог принёс?
ВАКУЛА: А захотелось поглядеть на большой город.
ЗАПОРОЖЕЦ 3: Ну и как?
ВАКУЛА: Губерния знатная! Домы большущие, картины висят скрозь важные. Многие домы исписаны буквами из сусального золота до чрезвычайности!
ЗАПОРОЖЕЦ 1: После потолкуем с тобою, земляк, побольше; теперь же мы едем к царице.
ВАКУЛА: К царице? А будьте ласковы, панове, возьмите и меня с собою.
ЗАПОРОЖЕЦ 2: Тебя? Что ты будешь там делать? Нет, не можно. Мы, брат, будем с царицей толковать про своё.
ВАКУЛА: Возьмите, панове!
ЗАПОРОЖЕЦ 3: Возьмём его, в самом деле, братцы. Пожалуй, возьмём!
Сцена 4. Запорожцы с Вакулой у царицы. ( Входят, озираясь, Запорожцы 1,2,3 и Ваекула. Род звуки торжественной музыки величественно входит Екатерина в окружении придворных. Запорожцы и Вакула падают на колени и кричат в один голос)
ВАКУЛА и ЗАПОРОЖЦЫ: Помилуй, мамо, помилуй!
ЕКАТЕРИНА: Встаньте!
ЗАПОРОЖЦЫ: Не встанем, мамо!
ЕКАТЕРИНА: Встаньте, я велю! Светлейший обещал сегодня познакомить меня с моим народом, которого до сих пор я ещё не видала. Хорошо ли вас здесь содержат?
ЗАПОРОЖЦЫ: Та спасибо, мамо! Провиант дают хороший, хотя бараны здешние совсем не то, что у нас на Запорожье.
ЕКАТЕРИНА: Чего же хотите вы?
ВАКУЛА: Ваше царское величество, не прикажите казнить, прикажите миловать! Из чего, не во гнев будет сказано, сделаны черевички, что на ногах ваших? Боже ты мой, если б моя жинка надела такие черевички!
(Екатерина и придворные смеются).
ЕКАТЕРИНА: Если так тебе хочется иметь такие башмаки, то это нетрудно сделать. Принесите ему сейчас же башмаки самые дорогие, с золотом! Право, мне очень нравится это простодушие!
(Приносят сапожки)
ВАКУЛА: Боже ты мой, что за украшения! Ваше царское величество! Что же, когда башмаки такие на ногах, какие же должны быть сами ножки! Думаю, по малой мере из чистого сахара!
(Все снова смеются)
ЕКАТЕРИНА: Как у вас живут на Сечи?
ЗАПОРОЖЕЦ 1: Хорошо!
ЗАПОРОЖЕЦ 2: Живём неплохо!
ВАКУЛА (шепчет чёрту) Выноси меня скорее.
(Звучит музыка. Чёрт и Вакула убегают из зала)Ведущие продолжают вечер конкурсом –игрой «Dance-BATTIE». Вручаются призы. Концовка вечера.

Приложенные файлы


Добавить комментарий