Текст сценария литературно-музыкальной гостиной Толстой и музыка


СЦЕНАРИЙ
ЛИТЕРАТУРНО-МУЗЫКАЛЬНОГО ВЕЧЕРА «ТОЛСТОЙ И МУЗЫКА»
Люблю музыку больше всех других искусств,
мне всего тяжелее было бы расстаться с ней,
с теми чувствами, которые она во мне вызывает.
(Л.Н. Толстой)
ПРОЛОГ
Ведущий 1.Лев Николаевич Толстой.…Это имя огромно, как мир...
Ведущий 2. Он родился, когда Пушкин в полном расцвете своего гения создавал один шедевр за другим, когда только что созревали дарования Лермонтова и Гоголя, когда на авансцену литературной жизни выдвинулись писатели: Тургенев, Некрасов, Герцен, Гончаров, Островский.
Ведущий 1. Спустя некоторое время литература обогатилась именами его ровесников: Чернышевского и Салтыкова-Щедрина. Уже будучи знаменитым, он встретил молодое поколение писателей: Короленко, Чехова. При нём появилась поросль реалистов двадцатого века; Куприн, Бунин, Вересаев.
Ведущий 2. Целых 60 лет в русскую жизнь всматривались пытливые глаза великого художника слова-Льва Николаевича Толстого.
Чтец.
Твой разум – зеркало. Безмерное оно,
Склоненное к земле, природу отражает:
И ширь, и глубь, и высь, и травку, и зерно…
Весь быт земной оно в себе переживает.
Работа зеркала без устали идёт.
Оно глядит в миры – духовный и телесный;
И повествует нам всей жизни пестрый ход
То с мудрой стройностью, то с нежностью прелестной…
Ведущий 1. Эти строки поэт Алексей Жемчужников посвятил гению русской и мировой литературы Толстому, наследие которого относится к числу непреходящих общечеловеческих духовных ценностей, которому, как художнику и мыслителю, не оставалось неизвестным ни одно из направлений искусства его времени. Он внимательно следил за новыми явлениями в области литературы, живописи и музыки.
Ведущий 1. Л. Н. Толстой питал врожденную глубокую любовь к музыке. Это искусство из всех других после литературы имело для него наибольшее значение в продолжение всей его жизни.
Ведущий 1. Формы, в каких проявлялся интерес Толстого к музыке, достаточно разнообразны; и уже в одном этом отношении Толстой занимает особенное, быть может, единственное место среди представителей нашей художественной литературы.
Ведущий 1. Но даже и в тех формах проявления музыкальности, какие встречаются у многих писателей, например, в области воспроизведений музыкального переживания, место Толстого одно из важнейших.
Ведущий 1. Самое же содержание того разнообразного материала об отношениях Толстого к музыке, который дает изучение жизни и творчества Толстого, позволяет нам утверждать, что рассмотрение данной темы представляет интерес не только для нашего знания о Толстом, но и для нашего знания вообще о музыке.
БЛОК 1.МУЗЫКА В ЖИЗНИ Л.Н.ТОЛСТОГО
Ведущий 2. Воспоминания современников писателя свидетельствуют о том, что его связи с музыкой многогранны, органичны, глубоки и необычно своеобразны.
Ведущий 1. Занимая большое место в жизни Толстого, как его постоянная страсть, музыка звучит в его творчестве с первых до последних произведений и предстает перед читателем как символическая категория духовного и нравственного образа героев.
Ведущий 1. Умение чувствовать музыку помогло Толстому создать «правдивость настроения», описать то, что, казалось бы, неподвластно слову, − «диалектику души».Он считал, что она даёт ощущение «понятного сердцу, но трудно выразимого словами чувства осмысленности жизни».
Ведущий 1 С необычайной силой музыкальность писателя проявилась  в автобиографической трилогии «Детство», «Отрочество», «Юность». В трилогии немало удивительных по задушевности и критичности страниц, посвященных описанию музыкальных впечатлений души ребёнка, подростка, юноши, показано, как через музыку формируется внутренний мир человека.
Ведущий 1. Музыкально-эстетические воззрения   Л. Н. Толстого становятся понятными при анализе четырёх редакций «Детства» и дневников.
В «Детстве» мы читаем, как Николенька слушает Патетическую сонату Бетховена. Нас поражает, как хорошо знает Толстой эту музыку, помнит едва ли не каждый такт: «Сдержанный, величавый, но беспокойный мотив интродукции, который как будто боится высказаться, заставлял меня притаивать дыхание. Чем прекраснее, сложнее музыкальная фраза, тем сильнее делается чувство страха, чтобы что-нибудь не нарушило этой красоты, и тем сильнее чувство радости, когда фраза разрешается гармонически.
Ведущий 1Я успокоился только тогда, когда мотив интродукции высказал всё и шумно разрешился в allegro<…>. Но что может быть лучше того места, когда начинаются вопросы и ответы! Сначала разговор тих и нежен, но вдруг в басу кто-то говорит такие две строгие, но исполненные страсти фразы, на которые, кажется, ничего нельзя ответить. Однако, нет, ему отвечают и отвечают еще и еще, еще лучше, еще сильнее, до тех пор, пока наконец всё сливается в какой-то неясный тревожный ропот.    <…> и вдруг в ту минуту, когда душа так взволнована этими беспрестанно тревогами, что просит отдыха, всё кончается так неожиданно и прекрасно…
Ведущий 1. Во время Andante <…> на душе было спокойно, радостно, хотелось улыбаться, и снилось что-то лёгкое, белое, прозрачное. Но Rondo в ut mineur разбудил меня. О чём он? Куда он просится? Чего ему хочется? И хотелось бы, чтобы скорее, скорее, скорее и всё кончилось; но, когда он перестал плакать и проситься, мне хотелось ещё послушать страстные выражения его страданий…»
Ведущий 1. Этот вывод – тонкая грань соприкосновения писателя-реалиста с романтическим началом; тот случай, когда он вторгается в неясные, загадочные сферы музыки, не поддающиеся рациональному истолкованию.
Ведущий 1. Толстой утверждает, что после прослушивания музыки остаётся впечатление чего-то недоговорённого, незавершённого, недосказанного… И именно это поражает слушателя. Своё наблюдение Лев Николаевич изложил, не будучи ещё знакомым с эстетикой Шопенгауэра, высказавшего до Толстого подобную мысль. 
Ведущий 1. Он сравнивал слушание с музыкой с погружением в сон, когда картины, образы, чувства захватывают тебя и вызывают настроения и эмоции, которые чувствовал, сочиняя музыку композитор.
Ведущий 1. В зрелом возрасте Лев Николаевич много размышлял о том, почему сочетание звуков способно оказывать такое могущественное воздействие на человека. «Как это происходит, - писал великий писатель,- тайна великая и непостижимая». Лев Толстой пытался в этой тайне разобраться. После долгих размышлений он даёт определение музыки: « Это искусство троякого сочетания звуков - в пространстве, времени и силе - передавать и воспроизводить состояние души»
Ведущий 1. На самом деле, музыка и одна только музыка пробуждала у Толстого романтические настроения, и единственное у него истинно-романтическое произведение вдохновлено его пламенной любовью к этому искусству. Мы говорим о рассказе «Альберт» (1857—1858 гг.), проникнутом совершенно неожиданным для Толстого колоритом.
Ведущий 1. Романтический характер рассказа сказался уже в том, что в центре его стоят три стихийных переживания: музыка, любовь, безумие, предопределившие судьбу героя. Внутреннее же существо рассказа составляет превознесение искусства, художественного вдохновения, и музыкального прежде всего, культ художественной красоты, — оправдание артиста, как такового.
Ведущий 1. При своем исключительном, предельно-развитом моральном чувстве, Толстой задумал в «Альберте» оправдать имморальную личность артиста, показать, что во имя высоких достижений его таланта, нужно пренебречь его нравственными недостатками, — нужно не ставить ему в вину не только то, что он поступает не comme il faut, не как принято в обществе, но и то, что он поступает действительно не так, как должно бы, руководясь элементарными, нравственными требованиями. На такое проявление Толстого подвинула его страстная любовь к музыке: за доставленное высокое музыкальное наслаждение он готов всё простить артисту.
Ведущий 1. Оправдание артиста в рассказе «Альберт» высказано тоном повышенной экзальтации, тоном фанатического исповедания художественной красоты. Альберт слышит голос своего друга: «Он, как соломинка, сгорел весь от того священного огня, которому мы все служим... Вы могли презирать его, мучить, уничтожать... а он был, есть и будет неизмеримо выше всех вас. Он счастлив, он добр. Он всех одинаково любит или презирает, что всё равно; а служит только тому, что вложено в него свыше. Он любит одно — красоту, единственное несомненное благо в мире. Да, вот кто он такой! Ниц падайте все перед ним! На колена!...» Ведущий 1. И далее: «... Какое право имеете вы обвинять его? Разве вы жили его жизнью? Испытывали его восторги? Искусство есть высочайшее проявление могущества в человеке. Оно дается редким избранным и поднимает избранника на такую высоту, на которой голова кружится и трудно удержаться здравым. В искусстве, как во всякой борьбе есть герои, отдавшие всё своему служению и гибнувшие, не достигнув цели». И наконец: «Да, унижайте, презирайте его... а из всех нас он лучший и счастливейший».
Ведущий 1. В рассказе дано превосходное описание артиста в его деятельности во время его вдохновенной игры и непосредственно перед нею и после, — всех внешних проявлений скрипача, изменений его поз, жестов, выражения лица, — отражающих «восторженную жадность наслаждения» и вместе гордость, величие, сознание власти. Сила изображения могущественного захвата музыкой, напряжения музыкального переживания так велика, что для нас становится более, чем понятным, необходимым то болезненное ощущение, которое было вызвано у артиста неприятной случайностью во время игры: «Один раз пианист ошибся и взял неверный аккорд. Физическое страдание выразилось во всей фигуре и лице музыканта. Он остановился на секунду и с выражением детской злобы, топая ногой, закричал: «moll се moll». Пианист поправился, Альберт закрыл глаза, улыбнулся и, снова забыв себя, других и весь мир, с блаженством отдался своему долгу».
Ведущий 1. Художественный темперамент артиста ближайшим образом воздействует на его помощника в священнодействии красоты, — аккомпаниатора: «Пианист впивался глазами в лицо Альберта и со страхом ошибиться, выражавшимся во всей его вытягивавшейся фигуре, старался следить за ним».
Ведущий 1. Вообще следует сказать, что рассказ «Альберт» является, быть может, единственным по полноте художественного воспроизведения всей картины артистического выступления, и как произведение, так сказать, всецело и исключительно музыкальное, напитанное истинной страстью к музыке, — «апофеоз музыкального вдохновения», по выражению Н. Н. Гусева, (кн. «Толстой в молодости». М. 1927 г.), составляет драгоценнейший дар Толстого для музыкантов7).
Ведущий 1. Но рассмотрим подробнее изображенные в «Альберте» музыкальные переживания слушателей во время игры артиста. «В комнате пронесся чистый, стройный звук, и сделалось совершенное молчание. Звуки темы свободно, изящно полились вслед за первым каким-то неожиданно — ясным и успокоительным светом, вдруг озаряя внутренний мир каждого слушателя. Ни один ложный или неумеренный звук не нарушил покорности внимающих, все звуки были ясны, изящны и значительны. Все молча, с трепетом надежды, следили за развитием их».
Ведущий 1. И далее: «Все находившиеся в комнате во время игры Альберта хранили покорное молчание и, казалось, жили и дышали только его звуками». После окончания игры слушавшие, со странным ощущением возвращаясь к действительности, чувствовали в себе «чистое впечатление пролетевших звуков».
Ведущий 1. И здесь, как всегда, Толстой в описании музыкального впечатления фиксирует внимание на самих звуках музыки и сразу начинает речь с музыкально-существенного, именно с темы, понимаемой в собственно-музыкальном смысле («звуки темы»), а не в смысле предполагаемого, будто бы разгаданного внемузыкального содержания пьесы, как это обычно делается. Но было ли это музыкальное впечатление — «чистым впечатлением звуков» и слушатели только ли «жили звуками», как утверждает Толстой? И не противоречит ли он сам себе, когда звуковую характеристику музыкального переживания, которую мы привели, дополняет тут же широко развернутой эмоциально-образной характеристикой того же музыкального переживания? Или одно не устраняет другого?
Ведущий 1. Под влиянием музыки у слушателей, по описанию Толстого, возникали воспоминания, чувства власти, любви, грусти. И далее: «То грустно-нежные, то порывисто-отчаянные звуки, свободно перемешиваясь между собою, лились и лились друг за другом так изящно, так сильно и так бессознательно, что не звуки слышны были, а сам собой лился в душу каждого какой-то прекрасный поток, давно знакомой, но в первый раз высказанной поэзии». Но можно ли буквально принять, что суть музыкального впечатления стала уже вдруг заключаться не в звуках?
Ведущий 1. Под «поэзией» Толстой здесь, конечно, не имеет, в виду области настроений и фантазий, независимых от звуковой стороны. Словом: «поэзия» здесь, как это часто в нашей речи, обозначается вообще художественность, красота, — в данном же случае именно музыкальная красота. Но художественное восприятие музыки наступает лишь с того момента, когда слышимые звуки преобразуются в слышимые же не-звуки, т. е. в их созерцаемые аналоги. В музыке мы не воспринимаем звуков извне в их материальной раздельности, но внутренно созерцаем их в слитности, в сплошности, — как «прекрасный поток». Толстой сумел схватить и выразить эту глубинную сущность музыкального переживания, — для чего, конечно, надо узнать ее в собственном опыте.
БЛОК 2. КЛАСИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
НА СТРАНИЦАХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ Л.ТОЛСТОГО
Ведущий 1. Музыкальные страницы в романе-эпопее «Война и мир» раскрывают духовные и нравственные идеалы героев, а Толстой определяет и свои эстетические позиции, говорит о назначении искусства, о сущности музыки и отдельных её жанров, о таланте вообще…
Ведущий 1. Николай Ростов услышал голос Наташи в самую драматическую минуту своей жизни.
«−Что же это такое? – подумал Николай. Услыхав её голос и широко раскрывая глаза. – Что с ней сделалось? Как она поёт нынче?» - подумал он. И вдруг весь мир для него сосредоточился в ожидании следующей ноты, следующей фразы. … Всё это, и несчастье, и деньги, и Долохов, и злоба, и честь – всё это вздор… а вот оно – настоящее... 
О! как задрожала эта терция, и как тронулось что-то лучшее, что было в душе Ростова.
Ведущий 1.И это что-то было независимо от всего в мире и выше всего в мире», - добавляет Толстой. Описывая чувства Николая, Толстой показывает, как музыка способна излечить, очистить душу и позволяет человеку обрести душевное равновесие, освободиться от тяжести содеянного.
Ведущий 1. Это очищение души имеет различные формы в соответствии «с пропорциями души» каждого человека, где музыка оказывается не только выражением чувств поющего, но и ответом на невысказанные и затаённые чувства слушающего, голосом сердца обоих.
Ведущий 1. Весь мир сосредоточился в звуках и ритмах музыки, всё исчезло из сознания, кроме самой музыки. Здесь выражено то сознание самостоятельности музыки от мира, которое легло в основу воззрения на музыку у Шопенгауэра; с ним Толстой во многом сходился во взглядах, ещё не зная его работ, а узнавши их, назвал Шопенгауэра «гениальнейшим из людей».
Ведущий 1 «Слыша музыку, Лев Николаевич не мог не слышать её; слушая же нравившуюся музыку, он вполне мог разволноваться, - пишет его сын С.Л. Толстой, - у него что-то сжималось в горле, он всхлипывал и проливал слёзы. Беспричинное волнение и умиление были те чувства, которые возбуждала в нём музыка. Иногда музыка волновала его против воли». Он говорил, что искусство «это не шутка, а ужасная власть». И он спрашивал: «Que me veut cette musique? - Чего хочет от меня эта музыка?».
Ведущий 1Вероятно, те же чувства испытывал князь Андрей,  слушая пение Наташи, поднимаясь к иным, более высоким чувствам. «В середине фразы князь Андрей замолчал и прочувствовал неожиданно, что к его горлу подступают слёзы, возможность которых он не знал за собой. Он посмотрел на поющую Наташу, и в душе его произошло что-то новое и счастливое. Он был счастлив, и ему вместе с тем было грустно. Ему решительно не о чём было плакать, но он готов был плакать»
Ведущий 1. О чем же он думал?  О любви? О своих разочарованиях? О своих надеждах на будущее? «Да и нет», - пишет Толстой. Это было действие силы искусства – музыки,  возвышающей и очищающей души.
Ведущий 1 Именно музыка позволяет глубже ощутить размышления героя об истинном смысле жизни и решить, что он несёт людям, есть ли в нём начало гармонии, понимания, созвучия, единодушия с другими людьми, музыка исполняет роль исповеди.
Ведущий 1 Музыка выводит его из физического бытия, узкого и телесного, в мир  бесконечного, словами неопределимого, преображённого бытия. Музыка по природе своей – антипод прозаической реальности. Она – голос сердца с наивысшей полнотой говорящий о духовном богатстве человека.
Ведущий 1 Вслед за Шопенгауэром Толстой утверждает музыку как высочайшее в мире искусство, которое раскрывает «таинственный смысл мира».
Ведущий 1 Романтическое восприятие музыки писателю-реалисту кажется странным. Но в том-то и состоит многогранность Толстого, что он, когда дело касается непосредственного воздействия музыки на человека, становится романтиком.
Ведущий 1. Музыка для Льва Николаевича – стихия,  средство познания мира и глубин человеческой души. Она передаёт самое сокровенное, что «независимо от всего в мире и выше всего в мире».
Ведущий 1. Бетховен, вообще, на всю жизнь остался любимым композитором Толстого. Также как, впрочем, и Моцарт. Писатель просил исполнить музыку Бетховена всякий раз, когда к нему в Ясную Поляну приезжали известные пианисты: братья Рубинштейн, Игумнов, Танеев, Скрябин. Когда они играли, Толстой сидел неподвижно, глубоко переживал услышанное, часто на глазах его выступали слёзы
Ведущий 1.В повести «Семейное счастье» Маша играет  сонату-фантазию Моцарта и Quasi una fantasia Бетховена. Сам выбор  между Моцартом и Бетховеном трактуется в его повести, как  выбор между «покоем » и «бурей». Ведущий 1. Интерсно, что Толстой называет эту сонату Бетховена  её настоящим  именем, а не литературным или поэтическим наименованием -«Лунная соната». Quasi una fantasia Бетховена была для Толстого не только символом романтического мироощущения, но и источником тревоги и беспокойства.   
Ведущий 1.В 1889 году он окончил повесть «Крейцерова соната», в которой одним из главных героев является Бетховен, вернее музыка Бетховена. Позднышев захвачен любовью, ревностью, ненавистью. Гармония в его душе совершенно разрушилась. И он слышит в музыке Бетховена  усиление своих страстей. «Он играл Крейцерову сонату Бетховена. Знаете ли вы первое престо? Знаете?! – воскликнул он. – У!.. Страшная вещь эта соната. Именно эта часть. И вообще страшная вещь музыка».
Ведущий 1.Другим любимым композитором Льва Николаевича был Шопен. Однажды прослушав ноктюрн фа диез минор, воскликнул: «Вот так надо писать! Шопен - Пушкин в музыке». Для Толстого это было высшей похвалой.
Ведущий 1.Толстой очень любил Шуберта, самого романтического из композиторов начала XIX века. Возможно, его музыка напоминала Толстому  о молодости  и о путешествии по Альпам, которое он совершил в 50-х годах. Толстой считал, что  произведения Шуберта «приближаются к требованиям всемирного искусства».
БЛОК 3.
МИР НАРОДНОЙ МУЗЫКИ В ТВОРЧЕСТВЕ Л.Н.ТОЛСТОГО
Ведущий 1 Л.Н. Толстой был увлечен миром русских народных песен, любил слушать игру на балалайке, гитаре, гармонике. И это новая грань гармонии, переживаний и поступков его героев, связанных с народной музыкой,  проступает в сценах, рисующих пребывание Наташи и Николая Ростовых в гостях у дядюшки.
«Из коридора ясно стали слышны звуки балалайки, на которой играл, очевидно, какой-нибудь мастер этого дела. Наташа уже давно прислушивалась к этим звукам и теперь вышла в коридор, чтобы слышать их яснее…
- Еще, пожалуйста, еще, - сказала Наташа в дверь, как только замолкла балалайка. Митька настроил и опять задребезжал «Барыню» с переборами и перехватами…»
Наташа замирает, слушая, как дядюшка исполняет на гитаре русскую песню.
Игра Митьки раззадорила его, и «он взял (несколько театральным жестом...) гитару... и, подмигнув Анисье Фёдоровне,  начал не Барыню, а взял один звучный, чистый аккорд и мерно, спокойно, но твердо начал весьма тихим темпом отделывать известную песню «По у-ли-и-це мостовой». Враз, в такт с тем степенным весельем… запел в душе Николая и Наташи этот мотив песни.…
- Прелесть, прелесть, дядюшка! ещё, ещё! – закричала Наташа...».
Ведущий 1Сила музыки захватила Наташу, и это проникновение в народный дух выразилось в русской пляске. «Где, как, когда всосала в себя их того русского воздуха, которым она дышала, - эта графинечка, воспитанная эмигранткой-француженкой, - этот дух, откуда взяла она эти приёмы, которые pas de chale давно бы должны были вытеснить? Но дух и приёмы эти были те самые, неподражаемые, неизучаемые, русские…»
Ведущий 1 Поэтому и песня дядюшки кажется ей верхом «музыкальной прелести», поэтому и «попросила у дядюшки гитару и подобрала аккорды к песне», поэтому и её пляска столь естественна в доме, который кажется продолжением леса и сада, - в сенях пахнет яблоками, висят волчьи и лисьи шкуры, - хороша и тем, что героиня, слушая народную музыку, умела понять всё то, «что было в Анисье… и в матери, и во всяком русском человеке».
Ведущий 1Здесь народная музыка, песни и пляски захватывают её природное начало, часть народной души сливается с традициями русской музыкальной культуры. Музыка помогает понять национальную гордость героини, её любовь к своему народу, России…
Ведущий 1В трактате «Что такое искусство?» Толстой не раз возвращается к определению музыки. Он, в частности, пишет о музыке, как о «самом задушевном, то есть наиболее других задевающем чувстве людей искусстве».
Ведущий 1 Самое сложное музыкальное осмысление связано с образом Константина Левина  в романе «Анна Каренина». Его понимание музыки близко авторскому. Левин, как и Толстой, в своих музыкальных вкусах многогранен и противоречив. Он тянется к народной песне, ищет в ней идеал и правду искусства.
Ведущий 1 Сцена покоса, наиболее развернутая и эмоциональная, выстроена писателем в «народном ключе»: «Один грубый, дикий бабий голос затянул песню и довёл ее до повторенья, и дружно, враз, подхватили опять сначала ту же песню полсотни разных, грубых и тонких, здоровых голосов.
Бабы с песнью приближались к Левину, и ему казалось, что туча с громом веселья надвигалась на него…Левину завидно стало это здоровое веселье, хотелось принять участие в выражении этой радости жизни».
Ведущий 1 Песня позвала героя к раздумью и «в первый раз ясно пришла мысль о том, что от него зависит переменить ту столь тягостную праздную искусственную жизнь, которой он жил на эту трудовую, чистую и общую прелестную жизнь».
ФИНАЛ
Ведущий 1 Музыка живёт в произведениях Л.Н. Толстого в тесной связи с миром людей и природы. Звуковые образы чрезвычайно разнообразны по эмоциональной окраске и своему характеру: это лепет берёз и стук дождя, перезвон часов и цокот копыт, колокольный звон и озорной голосок балалайки. Волнующая интонация человеческой речи, так похожая на мелодический ряд, звучит во всех произведениях Толстого.
Ведущий 1 Любовь к музыке обогатила жизнь гения русской литературы, придала особую музыкальность звучания его произведениям. Музыка раскрывает души героев, вносит в их жизнь то красоту гармонии, то диссонанс страстей.
Ведущий 1Образы в произведениях писателя развиваются по музыкальным законам – они непрестанно возвращаются то как воспоминание, то как светлая мечта, но всякий раз звучат по-новому, как бы в иной тональности. «Есть самое важное  – жизнь… - говорил Толстой, - но жизнь наша связана с жизнью других людей и в настоящем, и в прошлом, и в будущем…», а музыка – это одна из самых великих духовных связей, объединяющих человечество общими чувствами.
Ведущий 1 По-разному можно относиться к тому, что Толстой говорил и писал о музыке. Эти высказывания писателя актуальны и поучительны и сегодня, потому что вслушиваясь в голос  Л.Н. Толстого и героев, ощущаешь их радости, переживания, раздумья, находишь немало созвучного чувствам современников, живущих уже в XXI веке, и постигаешь духовные и нравственные ценности жизни, истины, добра, красоты и музыки.

Приложенные файлы


Добавить комментарий